Петр III

Приход к власти Екатерины II, как правило, представляется так: умная, патриотичная и предприимчивая Екатерина отстранила от престола Петра III, который был алкоголиком и полным ничтожеством, и стала великой императрицей.

Меж тем многим современникам Екатерины ситуация рисовалась совсем в иных красках.

Шевалье де Рюльер, секретарь французского посланника в Петербурге, описывает события так: «Я был свидетелем революции, низложившей с российского престола внука Петра Великого, чтобы возвести на оный чужеземку».

Для того чтобы вымарать из истории «версию Рюльера» и утвердить свою, Екатерине потребовались большие усилия. Она даже собственноручно написала мемуары, в которых раскрыла самые интимные подробности своей жизни при дворе Елизаветы, и где всеми возможными способами подчеркивала, что Петр III действительно был полным ничтожеством, несостоятельным супругом и несостоятельным правителем и что он фактически сам принудил Екатерину к захвату власти. «Версия Екатерины» восторжествовала (что неудивительно), ее подхватили виднейшие русские историки, такие как В. О. Ключевский или С. М. Соловьев.

Документы и факты, способные «реабилитировать» Петра III, историкам приходится собирать буквально по крупицам. Современники, даже те, кто при жизни императора относились к нему с симпатией, после его безвременной кончины в один голос и практически слово в слово повторяют официальную версию, «версию Екатерины».

И вот тут происходит самое удивительное. Существуют все-таки неподкупные и непредвзятые свидетели, которые, хоть и попали в опалу к новой императрице, и много от нее претерпели, все же не поменяли своих показаний. И эти свидетели не люди, а бессловесные здания.

Некогда древнеримский оратор Цицерон в своей речи против коррумпированного губернатора Верреса сказал, что роскошные виллы Верреса «молча кричат» о преступлениях своего хозяина. Точно так же Ораниенбаумские постройки времен Петра III «молча кричат» о том, что иххозяин вовсе не был вечно пьяным чудовищем и тупым солдафоном. Они по-иному позволяют взглянуть на личность императора.